Дилемма Царукяна и тестирование Сержа Саргсяна

Политика
12 Сентября 2017 - 10:44

 113

    Хотя Серж Саргсян заявил, что он был не согласен с возвращением Царукяна, тем не менее, вне всяких сомнений, что это возвращение не могло бы произойти, если бы Серж Саргсян был бы против этого.

    Лидер ППА и глава парламентской фракции блока «Царукян» Гагик Царукян в связи с началом осенней сессии Национального Собрания, принимая участие в первом заседании и в ходе брифинга с журналистами практически оставил без ответа информационно-политическую дилемму номер один – вопрос Карен Карапетян или Серж Саргсян?

    Теоретически, Гагик Царукян, конечно, поступил вполне адекватно ситуации, сказав, что это будет решением получившей на парламентских выборах 50+1 голосов РПА – кто именно будет назначен премьер-министром в 2018 году. С другой стороны, однако, вне всяких сомнений, что хотя чисто в плане голосования у второй по величине парламентской силы нет де-юре возможности повлиять на ситуацию – коалиции РПА-АРФД вполне достаточно, но, тем не менее, поведение второй парламентской силы, ее политическая позиция, поведение будут иметь существенное значение в вопросе соотношения сил в будущем, в вопросе формирования ситуации. И здесь нечего обсуждать, так как политический фактор ППА или просто Гагика Царукяна фактически осуществлял именно эту функцию и миссию уже на протяжении нескольких лет, и даже после февраля 2015 года.

    По большому счету, именно Гагик Царукян своим «статусом» политического буфера и дал РПА возможность в публично легитимных условиях сформировать этот 5-+1 процент, и обеспечить единоличную возможность решения вопроса премьер-министра.

    И здесь возникает вопрос: а в надежде на что? Несомненно, что участие Царукяна не могло быть широких внутрисистемных обсуждений, без обсуждений с Сержем Саргсяном.

    И хотя Серж Саргсян заявил, что он был не согласен с возвращением Царукяна, тем не менее, вне всяких сомнений, что это возвращение не могло бы произойти, если бы Серж Саргсян был бы принципиально против этого. В конце концов, Серж Саргсян заявлял, что он также против и перехода к парламентской системе госуправления, но думать, что модель была изменена независимо от желания Сержа Саргсяна – было бы, пожалуй, самообманом или наивностью.

    А значит, точно также полагать, что для Гагика Царукяна не имеет разницы – Саргсян или Карапетян, и он в этом вопросе полностью «уповает» на выбор РПА – пожалуй, тоже было бы наивностью. В конце концов, Царукян – один из самых богатых людей в Армении, и одна из фигур, имеющих самые большие интересы в сфере бизнеса, для которого не может быть вовсе неважным вопрос о том, кто именно станет первым лицом государства после 2018 года.

    Здесь существенно также и то, что лидер блока «Царукян», говоря о нынешнем премьер-министре Карене Карапетяне, говорит, что Карапетян – его товарищ и некорректно оценивать деятельность своего товарища. Конечно, оценивать действия своего товарища некорректно, когда в законодательном органе номер один лидер политической силы номер два комментирует вопрос премьер-министра по критериям дружеской категории, когда сам вопрос главным образом является политическим и государственным.

    С этой точки зрения еще раз становится очевидным, что в парламенте Армении политическая сила номер один или номер два – чистая условность, и в действительности в парламенте вне де-юре картины есть и картина де-факто, которая вовсе не совпадает с первой. И вопрос не в том, что от позиции Царукяна будет зависеть – кто именно станет премьер-министром, а кто – нет. Но от поведения Царукяна будет зависеть, какой будет «жизнь этого премьер-министра после 2018 года».

    Остается вопрос – от кого или от чего будет зависеть позиция Царукяна? Во всяком случае, достойно внимания то, что Серж Саргсян в мае 2017 года – через полтора месяца после парламентских выборов, на выборах мэра Еревана протестировал – какой будет «жизнь без царукяновского буфера».

    1in
     

     

     





    ВСЕ НОВОСТИ