Что противопоставят правоохранители «сухому отказу» Овика Абрамяна?
Мнение Арама Аматуни

Политика
10 Августа 2018 - 18:00

 885

    Общество ожидает именно такой сюрприз, чтобы стало возможным измерить ход процесса уже новыми армянскими стандартами.

    Бывший премьер-министр Овик Абрамян заявил, что он не имеет никакого отношения как к территории, так и оружию, обнаруженному Службой национальной безопасности, и о котором заявили, сказав, что эта территория фактически принадлежит Абрамяну. Как известно, брат Овика Абрамяна Генрих Абрамян был также арестован за незаконное хранение оружия.

    Бывший премьер-министр сейчас заявляет, что он не имеет отношения ни к чему и не знает, как появилось оружие на этой территории. Другими словами, это называется «сухой отказ». Овик Абрамян имеет на это право, он защищен от возможных обвинений. И здесь проблема в поле правоохранительных органов, в данном случае СНБ, которое должно доказать принадлежность этой территории Овику Абрамяну, а также отношение оружия к нему или его телохранителю, учитывая намек главы Службы национальной безопасности о том, что это оружие возможно использовалось 1 марта чьим-то телохранителем.

    Вопрос законных оснований дела 1 Марта, кажется, становится все более и более ощутимым. С одной стороны, очевидно, что имело место преступление против общества и государства, но, с другой стороны, общественность, кажется, не получает убедительных аргументов и доказательств, которые просто лишают потенциальных подозреваемых или свидетелей возможности использовать лишние методы манипуляций. Здесь есть замечательная и определенно парадоксальная ситуация.

    Расследование и процесс дела, события являются общественно легитимными, однозначно законными, но в то же время эта общественная легитимность больше основывается на так называемой информации памяти о трагических и драматических событиях десятилетней давности или на информации, появившейся за последние десять лет, чем на новых аргументах, которые достаточно убедительны и сильны. А это проблема, на которую правоохранительная система должна обратить внимание.

    В конце концов, общественность узнала о приказе 0038 не только что, и хотя некоторые детали появились только сейчас, но сила основана на уже имевшейся информации. Впечатляет обнаружение оружия, однако, что противопоставят сотрудники правоохранительных органов «сухому отказу»? Особенно, если таких «отказов» будет много, будут постоянно, тем более, когда речь идет о стрельбе и убийстве.

    Наконец, расследование этого дела не может быть бесконечно привязано только к общественной легитимности, а в юридическом плане превращается в так сказать, тянущуюся бесконечно резину. Роберт Кочарян же заявил, что он не отдавал приказ стрелять и не знал, кто стрелял и убивал людей. Он говорил, пусть идут и узнают. Неудивительно и ожидаемо, что представители верхушки власти, ответственные за 1 Марта, скажут, что они не имеют к этому никакого отношения. То же самое скажет и Серж Саргсян, если его позовут на допрос, и все скажут то же самое. И возникает странная ситуация, что в этом случае отвечать должны сотрудники правоохранительных органов. Другими словами, «здесь они задают вопросы», но в этом случае уже они должны ответить, чтобы узнать, кто был стрелком, каким оружием. Тогда остальное, вероятно, станет вопросом уровня «участкового».

    Наконец, расследование дела 1 Марта продолжается без каких-либо значительных сенсаций или неожиданностей. Такими могут показаться аресты высокопоставленных чиновников, в том числе и Кочаряна, но проблема в том, что это является неожиданностью на фоне, так сказать, логики прежней системы, но это не контентный сюрприз в контексте дела. Общество ожидает именно такой сюрприз, чтобы стало возможным измерить ход процесса уже новыми армянскими стандартами, поскольку этот процесс в настоящее время измеряется на фоне старой логики.

    1in

     

     





    ВСЕ НОВОСТИ


Наверх