Ностальгия Шармазанова по вассалитету

17 Марта 2026

Модель взаимоотношений Армении и России строилась на одном простом принципе: безопасность в обмен на политическую лояльность. Проблема заключается в том, что эта формула перестала работать именно в тот момент, когда она должна была проявить свою эффективность.

В современной армянской политике есть парадокс, который особенно отчетливо проявляется накануне каждых выборов. Чем слабее позиции старой элиты внутри страны, тем настойчивее она пытается опереться на внешние центры силы. Именно этим сегодня объясняется активизация представителей саргсяновской Республиканской партии Армении, которые вновь заговорили о «безальтернативности» союза с Россией и пытаются представить Москву главным гарантом будущего Армении. Так, на круглом столе «Народная дипломатия «Россия – Армения»: ретроспектива взаимосотрудничества» член высшего органа РПА, бывший вице-спикер парламента Эдуард Шармазанов заявил, что Россия остаётся для Армении безальтернативным союзником. Формулировка прозвучала категорично: у Армении, по его словам, «нет, не было и не может быть» более эффективного партнёра.

Не оставляет сомнений, что подобные глупые, я бы даже сказал – дикие в условиях современной Армении - заявления невозможно воспринимать вне контекста армянской внутренней политики. До парламентских выборов остаётся всё меньше времени, а политические силы, ассоциирующиеся с прежней системой власти, ищут способы вернуть утраченное влияние.

Республиканская партия во главе с Сержем Саргсяном делает ставку на старую формулу внешнеполитической зависимости, рассчитывая, что поддержка Москвы поможет ей вернуться к власти. Эта стратегия знакома. В течение многих лет Армения при Кочаряне, а затем и при Саргсяне выстраивала отношения с Россией по принципу односторонней лояльности. Политическая элита убеждала общество, что безопасность страны полностью зависит от Москвы, а любое сомнение в этом догмате приравнивалось почти к национальному предательству. И сегодня Шармазанов фактически повторяет ту же логику. Он даже выражает возмущение тем, что, мол, в последние годы послы Армении и России периодически вызываются в министерства иностранных дел двух стран. По его словам, до 2018 года подобного не происходило.

С этим утверждением трудно спорить — но вывод из него напрашивается прямо противоположный тому, который делает сам Шармазанов. Да, раньше такого не происходило. Но происходило это вовсе не потому, что отношения между странами были идеальными. Причина была куда проще: Армения находилась в положении политической и экономической зависимости и не могла позволить себе дипломатических жестов, которые воспринимались бы в Москве как проявление самостоятельности. Хотя вызов посла в МИД — нормальный инструмент дипломатической практики. Государства используют его тогда, когда считают необходимым выразить недовольство действиями той или иной страны. Факт того, что подобные шаги сегодня происходят, говорит лишь о том, что Ереван действует как субъект внешней политики, а не как младший партнёр, обязанный бесконечно демонстрировать верноподданичество. Но РПА пытается представить это как признак деградации армяно-российских отношений!? В действительности речь идёт об освобождении армянской внешней политики от старой системы зависимости.

Особенно нелепо звучит другое заявление Шармазанова. Он выражает тревогу тем, что Армения фактически перестала участвовать в работе ОДКБ. Для представителей прежней марионеточной власти сама мысль о дистанцировании от этой структуры выглядит почти кощунственной. Однако общественная реакция на подобные заявления сегодня уже совсем иная. Причина хорошо известна и связана с войной осени 2020 года и последующими трагическими для армянства событиями.

ОДКБ не сделала ничего, что можно было бы назвать реальной помощью. Формально объяснение выглядело юридически безупречно: боевые действия происходили на территории, которую сама Армения не признавала своей. Однако для армянского общества этот аргумент прозвучал как циничная отговорка. Много лет нам упорно внушали, что участие в военном союзе с Россией является главным гарантом безопасности. Когда же наступил момент, когда эта безопасность оказалась под угрозой, выяснилось, что союзнические обязательства существуют лишь на бумаге. С этого момента восприятие России в армянском обществе начало меняться.

Кстати, Шармазанов и сам приводит цифры, которые подтверждают эту тенденцию. По его словам, если в 2018 году уровень общественной поддержки России, по его словам, превышал 80 процентов, то сегодня он составляет около 15–17 процентов. На мой взгляд, последние цифры выглядят завышенными, но даже они — гораздо более важный политический сигнал, чем любые дипломатические скандалы или дискуссии вокруг ОДКБ. Они означают, что в армянском обществе произошла глубокая переоценка прежних представлений о союзниках и гарантиях безопасности. Парадокс заключается в том, что Республиканская партия пытается игнорировать эту реальность.

Представители прежней власти ведут себя так, словно страна всё ещё живёт в политической атмосфере десятилетней давности. Они продолжают говорить о «безальтернативности» российского союза, хотя сами же признают катастрофическое падение общественной поддержки этой идеи. Фактически речь идёт о попытке вернуть Армению в ту модель внешней политики, которая существовала до 2018 года. Эта модель строилась на одном простом принципе: безопасность в обмен на политическую лояльность. Армения демонстрирует безусловную приверженность российским интересам, а Москва выступает гарантом её безопасности. Проблема заключается в том, что эта формула перестала работать именно в тот момент, когда она должна была проявить свою эффективность. 44-дневная война стала точкой разрыва между политическими мифами прошлого и реальностью.

Поэтому нынешние заявления Шармазанова воспринимаются в нашем обществе не как проявление стратегического мышления, а как попытка вернуть страну в зависимость, последствия которой уже однажды оказались катастрофическими.

На этом фоне попытки РПА апеллировать к Москве выглядят вполне понятной политической тактикой. Однако тут возникает вопрос: зачем Армении возвращаться к той системе союза, которая не смогла защитить её в самый критический момент? В РПА, похоже, не понимают, что главная политическая дискуссия в стране сегодня разворачивается вовсе не вокруг того, должна ли Армения оставаться в прежних союзах. Гораздо более важным становится вопрос о том, каким образом она может выстроить свою безопасность так, чтобы больше никогда не оказаться в положении государства, чья судьба зависит от решений, принимаемых в другой столице. Именно этот вопрос сегодня определяет будущее армянской политики.

Армянское общество уже заплатило слишком высокую цену за иллюзию безальтернативных союзников. Но этого никак не желают понимать в РПА, где продолжают надеяться на дядю Ваню. Уверен, июньские выборы покажут ошибочность подобного курса бывших.

ArmenianReport https://armenianreport.com