Китай и Иран торгуют в обход американских санкций

ИРАН - 13 Сентября 2026 - 19:50  |  Просмотров - 103

Китай и Иран формируют альтернативный финансово-торговый контур, позволяющий Тегерану продавать нефть и получать необходимые товары в обход американских санкций.

Использование специальных счетов, юаня и сложных посреднических цепочек снижает зависимость Исламской Республики от западной банковской системы и одновременно усиливает роль Пекина как главного покупателя энергоресурса. Для США это значит только одно: американские ограничительные меры теряют свою эффективность, а вскоре и вовсе могут перестать быть помехой для реализации подобных сделок.

Последние несколько лет Иран и Китай используют закрытую схему расчетов, напоминающую бартер, чтобы Тегерану было проще продавать нефть и оплачивать китайские товары в обход американских санкций. Об этом сообщило агентство Reuters со ссылкой на анонимные источники, знакомые с финансовым механизмом. Система действует как минимум с 2021 года и впервые была использована для поставок в Иран вакцин от COVID-19.

Благодаря схеме Исламская Республика получает китайские лекарства, автомобили, оборудование связи и другие товары. Собеседники агентства рассказали, что за последний год как минимум один раз Тегеран и Пекин использовали механизм для заключения контрактов на поставку Ирану средств противовоздушной обороны. При этом полученные данные в полной мере в Reuters проверить не смогли.

По сути, деньги за нефть, которую Тегеран, кстати, продает Пекину с большим дисконтом, минуют все этапы прохождения через обычную международную банковскую систему и сразу превращаются в кредиты внутри Поднебесной. Примерно 70% средств направляются на китайские инфраструктурные проекты в Иране, а всё остальное — на закупку товаров. Только за период 2025–2026 годов, как отметили в издании, через «счета специального назначения» могло пройти около $2–2,5 млрд.

Китай — главный покупатель иранской нефти. В 2025-м на его долю приходилось более 80% экспорта — приблизительно 1,4 млн. баррелей в сутки. И, хотя США и пытаются помешать сотрудничеству Тегерана и Пекина, КНР всё равно становится для Исламской Республики элементом альтернативного экономического контура и важнейшим рынком сбыта нефти.

Недавно, например, Соединенные Штаты ввели санкции в отношении турецкого инвестиционного банка Golden Global (GGB) и двух его подразделений. Американское правительство совершило подобные действия в рамках операции «Экономический изгой», призванной оказать финансовое давление на Иран. GGB — частная денежная организация, работающая в соответствии с принципами шариата. Она занимает 35-е место по объему капитала в Турции и имеет небольшую долю рынка — по состоянию на конец первого квартала 2026 года, 0,06% активов банковского сектора. И всё же это не помешало Китаю и Тегерану выбрать именно Golden Global для обслуживания нефтяных сделок.

«Расположенный в Турции банк Golden Global был создан для того, чтобы иранское руководство могло переводить доходы от продажи нефти из Китая в Турцию, где их затем можно было конвертировать в наличные и золото. Банк Golden Global сознательно предлагал иранским финансовым учреждениям корреспондентские банковские услуги, благодаря чему они могли проводить операции через счета, контролируемые силами «Кудс» (элитного подразделения Корпуса стражей Исламской революции) и связанными с ними структурами», — говорится в заявлении минфина США.

Санкции против GGB должны были послужить сигналом не только турецким компаниям, торгующим с Ираном, но и их китайским партнерам, однако создали, скорее, обратный эффект. Дело в том, что для небольших компаний, практически никак не зависящих от США и американской валюты, ограничения не так уж и страшны. Если посмотреть на «бартерную» китайско-иранскую схему, то можно заметить, что все расчеты проходят через маленькую организацию ChuXin, о которой сложно найти хоть какую-то информацию.

Причем валютой, участвующей во всех операциях, выступает юань. Еще в мае министерство финансов США опубликовало пресс-релиз, где говорится, что Пекин рассчитывается с Тегераном китайскими деньгами, а иранские обменные дома затем конвертируют эти поступления в валюты, использующиеся правительством Исламской Республики.

Пекин выстраивает параллельные механизмы, позволяющие Ирану получать необходимые товары и продавать нефть в обход западных банков и долларовой системы, подтвердил эксперт по Ближнему Востоку Дмитрий Бридже. Это снижает санкционную уязвимость Тегерана, но одновременно усиливает его зависимость от китайского рынка, логистики и условий торговли.

— В этой архитектуре Исламская Республика важна не только как источник нефти, но и как геоэкономический узел между Персидским заливом, Центральной Азией и Южным Кавказом. Однако в случае очередной эскалации Пекин вряд ли пойдет на прямую военно-политическую конфронтацию с Вашингтоном ради Тегерана — его поддержка, скорее всего, останется преимущественно экономической и дипломатической, — допустил собеседник редакции.

Сотрудничество Китая и Ирана постепенно меняет баланс сил на Ближнем Востоке. Поскольку США теряют возможность контролировать нефтяные доходы Исламской Республики, это значительно ослабляет один из ключевых инструментов американского внешнеполитического влияния — санкции.

Китай же перестает быть рядовым торговым партнером для Ирана. Доминирование западных финансовых институтов и платежных систем — SWIFT, Visa, Mastercard — вынуждает страны создавать механизмы, менее зависимые от политики США и их союзников. Развитие подобных инструментов в рамках БРИКС и других международных объединений способно снизить уязвимость стран, у которых есть риск столкнуться с использованием финансовой инфраструктуры в качестве средства для внешнеполитического давления. Например, наличие альтернативных каналов торговли и финансирования дает возможность государствам, в том числе Китаю и Ирану, проводить более независимую политику, а также снижает эффективность односторонних санкций.

Стоит уточнить, что усиление китайских позиций на Ближнем Востоке не означает автоматического вытеснения США из этой архитектуры. Американское влияние по-прежнему опирается на военное присутствие, систему союзов и гарантии безопасности государствам Персидского залива, в то время как Китай использует преимущественно торговые, энергетические, инфраструктурные и финансовые инструменты для обеспечения устойчивой торговой позиции в регионе. Поэтому речь здесь идет не о прямой замене Вашингтона Пекином, а о формировании более многополярного ближневосточного «порядка», где санкции уже не могут работать так, как раньше.

Известия