Белый дом оказался в ситуации, когда различные элементы политики вступают в прямое противоречие друг с другом.

Ситуация вокруг возможной военной операции США против Ирана все отчетливее демонстрирует глубокий кризис доверия к американскому лидерству — кризис, который уже вышел далеко за рамки конкретного конфликта и приобрел системный характер. Показательно, что даже ближайшие союзники Вашингтона в Азии — Япония и Республика Корея — заняли подчеркнуто сдержанную позицию. И дело здесь не только в рисках, связанных с потенциальной эскалацией на Ближнем Востоке, но и в более фундаментальном факторе: изменении восприятия США как предсказуемого и надежного партнера.

Как отмечает издание The American Conservative, Вашингтон рассчитывал на более активное вовлечение союзников — от сопровождения судов в Ормузском проливе до участия в разминировании и морских операциях. Однако Токио и Сеул предпочли дистанцироваться. Для стран, критически зависящих от стабильности глобальной торговли и энергетических маршрутов, втягивание в потенциально масштабный конфликт выглядит чрезмерно рискованным.

Но еще важнее — это сомнения в стратегической последовательности самих США. Фактически, мы наблюдаем редкую ситуацию, когда союзники не просто не поддерживают инициативу Вашингтона, а сознательно избегают даже символического участия. Это сигнал, который невозможно игнорировать: доверие к американскому лидерству перестает быть безусловным.

Не менее показательной является позиция европейских союзников США. 

Великобритания, Франция, Германия и Италия, традиционно выступающие в фарватере американской внешней политики, в данном случае также не выразили готовности поддержать военную операцию против Ирана. Более того, Испания пошла еще дальше, вступив в жесткую политическую конфронтацию с Вашингтоном по этому вопросу.

Этот разрыв трансатлантического единства имеет принципиальное значение. Речь идет не просто о тактических разногласиях, а о стратегическом расхождении в оценке допустимости и целесообразности силового давления. Европейцы, обремененные опытом последних десятилетий — от Ирака до Ливии — все менее склонны поддерживать военные авантюры, последствия которых оказываются разрушительными не только для региона конфликта, но и для самой Европы.

Внутри самих США ситуация также далека от консолидации. Число критиков возможной войны с Ираном растет, причем не только среди политических оппонентов администрации, но и внутри правящих элит. Уже имели место громкие отставки, связанные с несогласием по внешнеполитическому курсу. Это свидетельствует о том, что американская стратегия не только вызывает вопросы у союзников, но и не имеет прочного консенсуса внутри страны.

На этом фоне особенно парадоксальным выглядит решение Дональда Трампа снять запрет на продажу иранской нефти. Этот шаг, по сути, нивелирует часть давления, которое Вашингтон сам же пытался оказывать на Тегеран. Он демонстрирует не столько гибкость, сколько растерянность и отсутствие четкой линии. Белый дом оказался в ситуации, когда различные элементы политики вступают в прямое противоречие друг с другом.

Такая непоследовательность подрывает не только текущие инициативы США, но и их глобальную репутацию. Уже сейчас можно констатировать: вне зависимости от того, чем закончится противостояние с Ираном, Соединенные Штаты в значительной степени проиграли эту кампанию в репутационном плане. Они продемонстрировали неспособность мобилизовать союзников, обеспечить единство позиций и выстроить последовательную стратегию.

Последствия этого будут ощущаться далеко за пределами Ближнего Востока. В частности, они неизбежно скажутся на американских проектах в нашем регионе. Так называемая «дорога Трампа», изначально встреченная экспертным сообществом с изрядной долей скепсиса, на фоне текущих событий выглядит все менее реалистичной. Любой крупный инфраструктурный или геополитический проект требует доверия — а именно этого ресурса у Вашингтона становится все меньше.

Не менее важно и то, как происходящее отражается на региональных союзниках США. 

Поддержка Вашингтоном нынешнего руководства Армении, еще недавно воспринимавшаяся как значимый политический бонус для  нашей власти, сегодня уже не выглядит столь надежной и долгосрочной. Если американская политика становится столь волатильной и противоречивой, то рассчитывать на устойчивость внешней поддержки становится крайне рискованно.

Проще говоря, для Никола Пашиняна и его команды это означает необходимость готовиться к самым разным сценариям, включая те, в которых внешняя опора может оказаться значительно слабее, чем предполагалось ранее. В условиях турбулентности глобальной политики ставка на одного внешнего игрока превращается в уязвимость.

Вот и проект под названием «дорога Трампа», который изначально вызывал весьма скептические оценки, сейчас и вовсе грозит быть сорванным. 

Ну а в более широком смысле текущая ситуация вновь подтверждает старую, но неизменно актуальную истину: судьба малых государств зачастую оказывается заложницей противостояния крупных геополитических игроков. Когда великие державы вступают в конфликт — будь то прямой или опосредованный — пространство для маневра у малых стран резко сокращается.

Именно поэтому для таких государств, а наша страна относится к их числу,  критически важно выстраивать максимально сбалансированную и прагматичную внешнюю политику, избегая чрезмерной зависимости от одного центра силы. Мир становится все более нестабильным, а глобальные альянсы — все менее предсказуемыми. И все это может привести к самым разным событиям внутри Армении.