Армянская политика должна исходить не из желаемого, а из возможного.

Сергей Караганов — глава Совета по внешней и оборонной политике России, советник трёх президентов и один из наиболее последовательных сторонников пересмотра российской ядерной доктрины — в интервью норвежскому политологу Гленну Дисену излагает свою концепцию выхода из глобального конфликта.

По убеждению Караганова, Россия уже ведёт Третью мировую войну против исторического Запада, стремящегося вернуть утраченное господство. Запад зашёл за все мыслимые красные линии, а Москва слишком долго избегала жёсткого ответа. Выход, по Караганову, — поэтапная эскалация: сначала удары обычным оружием по ключевым целям в Европе, затем, при отсутствии реакции, — ограниченные ядерные удары по бункерам элит.

«Дух Аляски» он считает ловушкой, а мир — возможным лишь после смены европейских элит. Россия, настаивает Карагов, должна завершить петровское европейское путешествие и вернуться к евразийской идентичности. Это концентрат той логики, которая всё более отчётливо проявляется в российской внешней политике последних лет. Логики, в которой мир уже не является пространством сотрудничества, а рассматривается как арена тотального конфликта, где допустимы любые средства — вплоть до ядерной эскалации.

Для Армении это не абстрактная дискуссия. Это вопрос выживания. Если элиты крупной ядерной державы мыслят такими категориями, то любые традиционные представления о «красных линиях», «рациональности» или «сдерживании» становятся вторичными. В этой логике поражение недопустимо. А значит — допустимо всё.

Именно поэтому его рассуждения о поэтапной эскалации, включая возможность ограниченных ядерных ударов, нельзя игнорировать. Это не призыв к немедленным действиям, а попытка легитимизировать саму возможность таких шагов в будущем. В этой системе координат Южный Кавказ приобретает совершенно иное значение. Это уже не периферия, не «ближнее зарубежье», а стратегический рубеж. Потеря контроля над ним в Москве может рассматриваться как начало цепной реакции, угрожающей внутренней устойчивости самой России.

Армения в этом контексте — ключевой элемент. Её возможный геополитический разворот на Запад, интеграция в европейские структуры или даже просто дистанцирование от Москвы воспринимаются не как суверенное решение, а как угроза безопасности России. Причём угроза не локальная, а системная. Именно отсюда — та жёсткость, которую мы уже наблюдали и, вероятно, ещё будем наблюдать.

Это важно осознавать, ибо в  армянском обществе сегодня сосуществуют две опасные иллюзии. Первая — что Россия ослаблена и не способна на решительные действия. Вторая — что Запад в критический момент обеспечит безопасность Армении. Обе иллюзии могут дорого стоить. Россия действительно столкнулась с серьёзными вызовами. Но именно в условиях давления государства склонны действовать более жёстко, а не более мягко. История показывает, что в моменты стратегической угрозы крупные державы идут на шаги, которые в «нормальной» ситуации казались бы невозможными.

Что касается Запада, его поддержка почти всегда носит избирательный и прагматичный характер. Ни одна западная страна не готова вступать в прямое военное противостояние с Россией ради Армении. Это реальность, которую необходимо признать без эмоций. Соответственно, сегодня Армения находится в крайне сложной позиции.

С одной стороны — Россия, рассматривающая её как часть своей зоны жизненно важных интересов. С другой — Турция и Азербайджан, обладающие значительным военным и экономическим потенциалом. В этих условиях любое резкое движение может привести к катастрофическим последствиям. Но и бездействие — не вариант.

Армянская политика должна исходить не из желаемого, а из возможного. Во-первых, необходимо трезво оценивать намерения всех внешних игроков. Без идеализации и демонизации. Россия — не «вечный союзник», но и не иррациональный агрессор, действующий без расчёта. Запад — не «спаситель», а актор со своими интересами.

Во-вторых, Армения должна максимально укреплять собственную субъектность. Это включает в себя: развитие оборонных возможностей, диверсификацию внешнеполитических связей, усиление экономической устойчивости. В-третьих, крайне важно избегать шагов, которые могут быть восприняты как прямой вызов жизненно важным интересам крупных игроков без наличия реальных гарантий безопасности.

Высказывания Караганова — это сигнал. Жёсткий, неприятный, но предельно ясный. Мир вступает в эпоху, где сила вновь становится главным аргументом, а право — лишь инструментом. Для Армении это означает необходимость взросления как государства. Отказа от иллюзий, от эмоциональной политики, от надежды на «чудо». История не раз ставила армянский народ перед выбором между трагедией и выживанием. Сегодня этот выбор снова актуален. И от того, насколько трезво и ответственно он будет сделан, зависит будущее страны.