Наверх


    Рустам Бадасян: «Когда мы все сводим к личностям, то вместо политических процессов получаем дворовые отношения»

    ПОЛИТИКА - 18 Апреля 2021 - 18:03  |  Просмотров - 276

    Фрагмент интервью Sputnik Армения с министром юстиции Рустамом Бадасяном.

    — Как вы оцениваете нынешний этап борьбы с коррупцией? Что делается для того, чтобы общество увидело - проводимые реформы приносят плоды?

    — Я не могу комментировать конкретные уголовные дела. Уверен, что будут большие разоблачения, надеюсь, будут судебные разбирательства, и будут приговоры. Закон о конфискации незаконного имущества уже действует, я знаю, что уже есть дела, но, естественно, не знаю деталей, которые дорабатываются, иски будут поданы в суд в ближайшее время. Это гарантия, что есть непрерывная борьба, последовательное создание инструментария, и самое главное его эффективное применение на практике.

    Что касается того, что предпринять, чтобы это не повторилось - посмотрите, чье правительство ввело институт декларирования расходов в Армении, чье правительство внесло столько изменений в систему декларирования, ввело институт ситуационного декларирования, чье правительство полностью автоматизирует этап анализа декларации. Это показывает, что у нынешней власти - институциональный подход, и она делает все, чтобы исключить коррупцию в Армении.

    — Понятно, что сначала идет предварительное следствие, потом этап судебного разбирательства. Люди все ждут, но прошло два года, а мы еще ничего не видели. Можете сказать, когда мы увидим результаты?

    — Я не могу сказать, потому что у меня нет полномочий возбуждения уголовных дел, расследования, направления в суд. Но общество рассуждает правильно, у нас должен был быть результат больший, чем тот, что имеем сегодня. Но если мы посмотрим на статистику, она несопоставима, прежние и нынешние дела, рассмотренные Специальной следственной службой, просто несравнимы. В этом плане результат есть, но, естественно, общество ждет не этого, а более крупных разоблачений. Думаю, в ближайшее время они будут, многое должно прийти к логическому завершению. Думаю, у нас будут результаты, и общественность увидит, что, в конце концов, за эти два года проделана большая работа.

    — А что касается упомянутых вами разоблачений, возможно ли, что они будут оглашены накануне выборов и повысят рейтинг правящей политической силы?

    — Я интересовался, и могу сказать, что, да, уже есть результаты, которые подлежат обобщению, и они появятся в ближайшее время. А совпадет ли это с выборами или нет - не знаю. Заявляя год назад о том, что результаты появятся к первому кварталу, мы не могли знать о внеочередных выборах 20 июня. Следовательно, не стоит с этим связывать.

    — Новые выборы будут уже с обновленным Избирательным кодексом. Проект закона был отправлен в Венецианскую комиссию, но вы не дождались ответа, почему?

    - Все немного не так. Конечно, это можно зафиксировать как факт, но мы поддерживали связь с нашими партнерами по Венецианской комиссии. Они полностью осведомлены о промежуточных изменениях, и я думаю, что они в конце выскажут свою позицию относительно этих поправок. Они приняли к сведению наши предложения. Мы объяснили, с чем связана поспешность, почему эти поправки необходимы именно сейчас. И, думаю, излишне искать здесь противоречия или говорить, что мы не проявили уважения к Венецианской комиссии.

    — То есть можно сказать, что вы получили устный ответ Венецианской комиссии?

    — Ну, они приняли информацию к сведению. Можете посмотреть предыдущие заключения Венецианской комиссии о мажоритарной системе с учетом ситуации в Армении и о рейтинговой системе. Думаю, в целом, это исходило также из предыдущих заключений Комиссии.

    — Избирателям новые поправки в ИК - не помеха?

    — Никаких изменений для избирателя нет, кроме упрощения избирательного процесса. То есть, нет рейтингового списка, территориального списка. Есть один единственный партийный список.

    — Просто люди привыкли к персонификации: от этого района - этот, от другого - тот.

    — Если они привыкли к персонификации, то те же люди сейчас будут в партийных списках. Но, думаю, что мы говорим о нехорошем явлении, если говорим о конкретном человеке от конкретного района: из Масиса - этот, из Гориса - другой, потому что создается неправильное представление об избирательном процессе. Конечно, репутацию человека нельзя отодвигать на второй план. Да, авторитет людей играет роль во время выборов, но и в партийном списке его авторитет тот же. А когда мы все сводим к личностям, то вместо политических процессов получаем дворовые отношения: ты – мне, я - тебе, мы вместе выросли, или часто избирательный процесс приобретает характерные элементы субкультуры. Поэтому Венецианская комиссия долгие годы считала нежелательной мажоритарную систему для стран, находящихся на стадии переходной демократии.

    — Вы тоже не отрицаете, что эти самые авторитеты попадут в партийные списки. Не повторится ли то же самое?

    — Я вообще говорил об авторитете человека. Отрицательное явление в том, что олигарха выбирают за то, что он олигарх, зачастую это происходит окольными путями или с искажением избирательного процесса. А так, авторитет человека ни в коем случае нельзя недооценивать. Чем больше авторитетных людей в списках, тем лучше. Конечно, если соблюдается принцип отделения политики от бизнеса, и люди из олигархических и субкультурных систем не попадают в списки политических сил. В этом риск каждой партии, потому что после 2018 года, думаю, такие подходы уже неприемлемы для общества.

    — Как будет обеспечена честность выборов? Если в 2018 году был подъем гражданского сознания, то сегодня он, мягко говоря, спал.

    — Естественно, что рейтинг властей меняется, но меняется также рейтинг оппозиции. Думаю, возврат к прежнему (т.е. фальсификациям) невозможен. Гражданин Республики Армения никогда не согласится с таким процессом.

    А как это будет обеспечено? Конечно, в соответствии с законодательством, на основе свободного, равного избирательного права, без нарушений, путем свободного волеизъявления избирателей.

    — Где вы видите себя после выборов?

    — Там, где политическая команда сочтет это целесообразным, лично у меня нет каких-либо предпочтений.

    — Если вдруг окажетесь в оппозиции, чем будете заниматься?

    — Оппозиционной деятельностью.

    Sputnik-Армения






Лента новостей

    ВСЕ НОВОСТИ